Среда, 07.12.2016, 00:49
Афоризмы, цитаты, высказывания Шефтсбери Энтони Купер
Главная | Шефтсбери Энтони Купер | Регистрация | Вход
Меню сайта


Шефтсбери Энтони Купер родился 26 февраля 1671 г. в Лондоне. Английский политический деятель, философ, литератор, граф. Умер 15 февраля 1713 в Неаполе.




Афоризмы, цитаты, высказывания Шефтсбери Энтони Купер  




  • Серьезность – в самой природе обмана.


  • Всякое увлечение сменяется меланхолией.


  • Хорошо воспитанным считает себя каждый.


  • Что для одних нелепость, для других доказательство.


  • Когда человек ладит с самим собой, он ладит и с миром.


  • Тот, кто смеется и одновременно смешит, смешон вдвойне.


  • Постоянство – самый изобретательный способ сделаться дураком.


  • Мнительное себялюбие и низость – вечные спутники нашего страха.


  • Юмор – единственное истинное испытание серьезности, а серьезность – юмора.


  • Если люди терпят разговоры о своих пороках — это лучший признак того, что они исправляются.


  • Людей порочных, наглых, дерзких исправят власти, но людей, дурно рассуждающих, только сам рассудок может научить лучшему. 


  • Нет никакого творения духа, которое можно было бы считать совершенным, если нет смелой и твердой руки, придающей ему вещественную форму и пропорции.


  • Наши современные остроумцы воодушевляются благодаря тому высокому мнению, которое они составляют о своем обществе, и тому представлению, которое создали о лицах, к кому они обращаются со своими ухаживаниями. 
     

  • Мы можем иметь прекрасный вкус в музыке, но можем не уметь исполнять ее, мы можем хорошо судить о поэзии, не будучи поэтами и ничуть не обладая поэтической жилкой, но мы не можем иметь сносного понятия о благости, не будучи сносно добрыми.


  • Любить общество, стремиться к благу вселенной и способствовать интересам всего мира, насколько то в наших силах, — это верх добродетели и составляет то настроение духа, которое мы называем божественным.


  • Чтобы какая-либо страсть была изображена приемлемым образом, необходима видимость действительности, — чтобы тронуть души других, нам самим надлежит быть растроганными или же казаться таковыми на каких-либо вероятных основаниях. 
     

  • Накладывать краски, рисовать или же описывать — вопреки тому, как являются нам природа и правда, — это также свобода, которая никогда не будет дозволена художнику или поэту. Тем более лишен этой привилегии философ, особенно в своих собственных делах.
     

  • Ничем мы так не оскорбляем истину, как чрезмерным обнажением ее в известных случаях. С разумом — то же самое, что и с глазами: для вещи такого-то размера и для такого-то фасона нужно столько-то света, а не больше. Всякая чрезмерность вносит неясность и мрак.
     

  • Если есть Всеобщий Ум — а у него не может быть частных интересов, — то всеобщее благо, или благо целого, и его собственное благо — по необходимости одно и то же. Он не может стремиться ни к чему помимо целого и ни к чему по ту сторону целого и не может быть побужден ни к чему противному себе.
     

  • Единственный способ спасти человеческое здравомыслие и сохранить разумность в мире — это дать свободу острому уму. Однако никогда не будет свободен острый ум там, где отнята свобода для насмешек, ибо против серьезных странностей и сплина и других подобных настроений есть только одно лекарство — насмешки. 


  • Странно представить, чтобы война, самое дикое, что только есть, была страстью наиболее героических душ. Героизм и человеколюбие — почти одно и то же. Но стоит чувству этому немного сбиться с пути, и любящий человечество герой превращается в свирепого безумца: освободитель и хранитель делается притеснителем и разрушителем.

     
  • Нет картины более несообразной, чем палач и гаер на одной и той же сцене. И однако, убежден, что это очевидный образ известных современных фанатиков в их обращенных друг против друга писаниях. Их сочинения отличаются тем же изяществом, что игры детей, капризных и переменчивых в своем настроении, которые в одну и ту же минуту хнычут и резвятся и почти в один и тот же миг могут смеяться и плакать.


  • Нет ничего более привычного, чем рассуждать о человеке в его едином государстве и национальных отношениях, поскольку ведь он связан с тем или иным обществом по рождению или натурализовался в нем; но вот рассматривать его как гражданина мира, как жителя единого мира, проследить его родословную чуть глубже и увидеть основание и предназначение его в самой природе — это может показаться каким-то замысловатым и чрезмерно утонченным рассуждением.

Поиск
Статистика
Copyright aphorism-citation.ru © 2009-2016
map1 map2 map3 map4 map5